Броня в бою

[Ким]

некоторые пишут о закате эпохи танков, но КМК пока рано.
Воюют...

[Ким]

...

– А что касается службы, попал в танковый батальон я сразу, так как в момент моего поступления в войска он и формировался. Мы вели бои на краснолиманском направлении в районе Торского выступа. С тех пор в этом районе и продолжаем выполнять боевые задачи, – рассказывает офицер. И среди главных задач определяет поддержку огнём продвижение нашей пехоты.
– Поражаем опорные пункты противника. Действуем с закрытых огневых позиций. Бьём с расстояния 9–10 километров. Работаем довольно часто, в зависимости от задачи бывает до четырёх выездов в день. С учётом боевой обстановки, погодных условий бывает по-разному. Но минимум по одному разу за день мы отрабатываем, – уточняет танкист.
Поясняет, что цели в основном комплексные. Танкисты стараются грузить неполный боекомплект, работают компактно.
– В среднем за один выезд уходит около 13 снарядов. Первые один-два – пристрелочные, далее уже корректировщики выводят нас на основную цель и дополнительную, – продолжает младший лейтенант.
Спрашиваю его насчёт связи с разведкой – влияет ли на неё отключение терминалов «Старлинк» и нужны ли иностранные мессенджеры для боевой работы танкистов.
– Конечно, нет. Корректировки от авиаразведки мы получаем по радиосвязи. Интернет у нас есть, он обеспечен по закрытым военным линиям, – заверил «Урус».
Он добавил, что в целом даже и без авиаразведки танкисты успешно могут поражать цели. Для этого достаточно радиосвязи с разведчиками, которые могут корректировать огонь визуально, благо местность позволяет – вокруг лесополосы и большие поля.
Переходим к вопросу о машинах, на которых работают танкисты. «Урус» отмечает, что при формировании в 2023 году полка его укомплектовали новенькими на тот момент танками Т-90М «Прорыв».
– Конечно, за три года эксплуатации боевые действия потрепали наши машины. К тому же здесь на месте нам пришлось их модернизировать с учётом опыта специальной военной операции – наварили особые антидроновые решётки, дополнили защиту от БпЛА с помощью средств радиоэлектронной борьбы. Потом мы стали получать уже обновлённые танки с заранее установленными «клетками» от дронов и полосками резины для борьбы с беспилотниками, а также, что очень важно, со штатной аппаратурой РЭБ, – вдаётся в подробности командир роты.
Он хвалит при этом машину и отмечает, что в целом это очень удачная модель. Особо говорит о её ремонтопригодности: непосредственных поломок не так много, конструкция надёжна, но, например, в случае удара вражеской «птички» всё можно быстро подлатать на месте и оперативно вернуть танк в строй.
– Что касается тех самых попаданий FPV-дронов противника, их, к сожалению, немало. Мы уже даже привыкли. Пока танк выкатывается на огневую позицию или уезжает с неё, может словить несколько таких ударов. Другое дело, враг теперь избрал новую тактику: они караулят нас на месте дронами-ждунами. Как только мы приезжаем, чтобы отработать по цели, они бьют по танку, стараются его обездвижить. А потом уже в случае успеха на место прилетают более мощные «птички», чтобы добить машину, – говорит «Урус».
Под конец беседы он вспоминает об одной из таких серьёзных заварушек.
– Наш танк прибыл на закрытую огневую позицию, где его уже высматривали дроны-ждуны. Несмотря на то что в каждый выезд машину прикрывает пункт воздушного наблюдения, беспилотнику-камикадзе удалось обездвижить танк. Экипаж не пострадал, так как боевое отделение не было пробито. Все понимали, что вслед за «комиками» прилетят более серьёзные дроны. Так и случилось – танк уничтожить пытались подряд четыре тяжёлых беспилотника «Баба Яга», – вспоминает танкист.
Сутки военнослужащие отбивали атаки дронов. Ночью пошли на хитрость: создали ложные цели. Для этого развели костры вокруг машины. Это сбивало противника с толка: вражеские «тепляки» не улавливали реальные контуры танка, поэтому ни одного точного сброса гексакоптеры сделать не смогли.
– В итоге машину отстояли, а после успешно эвакуировали и оперативно восстановили. И это лишь один пример нашей стойкости и готовности на всё ради победы, – завершает беседу «Урус».

http://redstar.ru/urus-byom-tochno-dejstvuem-bystro/

В общем солдатская смекалочка выручает и сейчас.

13 выстрелов.
Т.е. это возимый БК сейчас.
Значит только в "карусели", причем с чередованием пустых лотков.
А может в пустых лотках и емкости с водой.
Похоже это тоже снизило потери танков РА.

9-10 км от ЛБС - танки, БМП-3, "Рапира" и ТОС-1
13-15 км - "Нона", Д-1, Д-30, 2С1, ТОС-2
17-20 км - Д-20, 2С3, БС-3, ТОС-3, "Град-1", "Тюльпан"
20-25 км - "Мста", "Мальва", Д-74, "Град"
25-30 км - "Гиацинт", М-46, "Торнадо-Г"
30-35 км - "Пион/Малка", "Ураган".

[Ким]

...

– Если в начале СВО ещё были классические танковые дуэли, то сейчас их единицы, – обозначает текущую реальность Михаил. – Массовое появление и применение беспилотников всё изменило. С конца 2023 и начала 2024 года главным способом работы стала стрельба с закрытых огневых позиций.
Танк больше не выходит в бой для огня прямой наводкой. Он превратился в точное, мобильное артиллерийское орудие. Экипаж занимает заранее подготовленную и тщательно замаскированную позицию. Дальше передаются координаты целей, таких как опорные пункты и скопление живой силы противника. Данные поступают от разведки, чаще всего от операторов войск беспилотных систем. Дальность эффективной работы, как показала практика на краснолиманском направлении, от 6 до 11 километров.
– Противник тоже не спит, – поясняет «Архангел». – Его разведывательные дроны постоянно в воздухе. Поэтому алгоритм теперь такой: выехал на позицию, произвёл пять-шесть выстрелов и немедленно сменил позицию. На ответный удар, артиллерийский или FPV-дронами, у противника уходят считаные минуты.
На полигоне экипажи отрабатывают учебные задания до автоматизма на машинах разных поколений. От Т-62 до современных Т-80, Т-90М «Прорыв» и боевых машин пехоты.
Сразу бросается в глаза, что на всех машинах наварены «мангалы», которые используются против «птиц» противника.
– Универсального решения нет, – говорит Михаил. – Каждая машина уникальна, условия на участках фронта разные. Где-то главная угроза FPV-дроны, и экипажи вместе с ремонтными бригадами изобретают дополнительную защиту. Где-то распутица, и важно облегчить танк для лучшей проходимости. Конструкции часто рождаются по инициативе экипажей. Они делают эскиз, а ремрота уже помогает с реализацией.
Не забывают и о классике. На полигоне танкисты отрабатывают преодоление рвов, «змейку», навешивают тралы для проделывания проходов в минных полях.
Михаил Шитов – уроженец Стерлитамака, юрист по образованию. На спецоперации оказался по мобилизации. Высшее образование позволило ему сразу получить воинское звание лейтенанта, и уже в августе 2023 года он возглавил миномётный взвод в штурмовом отряде имени Газиза Агитова 31-го мотострелкового полка.

http://redstar.ru/arhangel-na-tankovom-poligone/

[Ким]

– Быстрая смена дислокации не даёт противнику времени на захват координат и наведение артиллерии или FPV-дронов, – объясняет «Ёжик», опытный танкист.
И это не просто слова. Всего через 15 минут после того, как экипаж покинул позицию, она оказалась под шквальным огнём противника. К счастью, танк уже был в безопасности, готовый к следующему боевому выходу. И всё благодаря слаженности и опыту экипажа. Танкисты здесь не просто механически выполняют приказы, а понимают важность каждого действия, знают, что от их скорости и точности зависит не только сохранность техники, но и их собственная жизнь.
В зону боевых действий «Ёжик» попал в начале 2023 года –пришёл в военкомат в родном городе, узнав о формировании башкирского добровольческого полка. Уже в первые недели боевой работы экипаж столкнулся с интенсивными боями на краснолиманском направлении.
– Один из самых тяжёлых эпизодов случился у нас в ходе атаки, когда мы действовали в прямой видимости противника. Наш танк выдвинулся на позицию для поддержки штурмовой группы. Вели огонь прямой наводкой по укреплённым огневым точкам ВСУ. Во время боя погиб командир батальона «Скиф». Опытный офицер, за которым мы шли без тени сомнения, зная, что он нас не подведёт.
В тот день танк «Ёжика» получил прямое попадание – вероятно, от управляемой противотанковой ракеты или кумулятивного боеприпаса с дрона. Машина загорелась: пламя охватило моторно-трансмиссионное отделение, задымление начало проникать в боевое отделение. Однако экипаж не покинул технику.
– Танк горел, но ехал, – вспоминает «Ёжик». – Потеряли тягу, скорость упала до минимума, но всё равно вытащили машину с линии огня.
Когда основная гидравлика вышла из строя, «Ёжик» переключился на механический режим управления трансмиссией – так называемый аварийный привод. В этом режиме танк теряет манёвренность и скорость, но сохраняет возможность движения.
– Главное – не паниковать, – подчёркивает боец. – Надо чётко следовать инструкции: переключил режим, контролируешь температуру, следишь за давлением… И машина идёт своим ходом.
В современных условиях даже мощная броня не гарантирует полной защиты. Дроны-камикадзе и барражирующие боеприпасы стали серьёзной угрозой для бронетехники. В ответ на это танкисты проявляют смекалку и самостоятельно модернизируют свои машины прямо в полевых условиях.
Чтобы защитить танки от атак с воздуха, на башню и корпус устанавливают всевозможные конструкции: стальные сетки, решётчатые экраны, прутья и даже самодельные «мангалы» – так в вой­сках прозвали противодроновые навесы над башней. В общем, бронетехнику списывать со счетов ещё рано. Она ещё повоюет!

http://redstar.ru/tsel-v-ruinah-ekipazh-vne-zony-udara/

[Ким]

Т-72Б3М – модернизированная версия легендарного танка Т-72. Машина оснащена усиленным двигателем мощностью более 1000 лошадиных сил, что позволяет ей быстро маневрировать на поле боя. При движении задним ходом камера помогает экипажу лучше ориентироваться в сложных условиях. Танк вооружён 125-мм пушкой, способной поражать цели на больших расстояниях, а броня обеспечивает защиту от большинства современных противотанковых средств.
«Наш Т-72Б3М – отличный друг и товарищ, который не подводит даже в самых сложных ситуациях. Его надёжность и мощь позволяют нам уверенно выполнять боевые задачи», – с гордостью отмечает командир.
Боевая работа экипажа в основном заключается в поддержке мотострелков и уничтожении укреплённых позиций и техники противника.
«Мы прокладываем дорогу пехоте с помощью тралов, заводим людей в лесополосы. Чтобы обеспечить им продвижение, идём впереди, зачищаем дорогу. Пушка также используется по назначению. Уничтожаем укрепрайоны, бронеавтомобили нео­нацистов. Как только противник показался в поле видимости, сразу открываем огонь», – делится «Знахарь».
Точность его действий, как и в прошлой профессии, играет важную роль. Каждый шаг, каждое решение должны быть продуманы и выверены, чтобы избежать ошибок и выполнить боевую задачу.
«Чем более точные координаты цели я дам, тем быстрее и эффективнее она будет уничтожена», – добавляет он.
Механик-водитель с позывным «Хилок» отвечает за управление танком. Его предназначение – доставить экипаж к месту выполнения боевой задачи и обеспечить безопасный отход.
«Передо мной стоит задача довезти до указанной точки и увезти обратно в целости и сохранности. Главное – быть внимательным, мгновенно реагировать на изменения обстановки. Скорость принятия решений идёт не на минуты – на секунды. Нужно видеть всё на 360 градусов», – говорит мехвод.
В этом ему помогает командир танка, который координирует действия, следит за обстановкой на поле боя и оперативно принимает решения, чтобы обеспечить выполнение задания с максимальной эффективностью.
Один из запоминающихся случаев произошёл, когда танк находился на закрытой огневой позиции. Экипажу пришлось столкнуться с внезапной атакой противника.

Танкисты продолжают идти вперёд, приближая долгожданную победу.
Их труд – это пример мужества и самоотверженности, которые вдохновляют других бойцов на южнодонецком направлении

«Прилетела «Баба Яга», попыталась нас вывести из строя, но у неё, к счастью, это не получилось. Был неразрыв снаряда, мы смогли уйти», – вспоминает механик-водитель.
Такие ситуации не редкость в условиях боевых действий, но благодаря слаженной работе, профессио­нализму и надёжности машины экипаж всегда успешно справляется с любыми угрозами.
Военнослужащий с позывным «Локомотив», наводчик орудия, отвечает за точность стрельбы. Он использует различные типы снарядов: осколочно-фугасные, кумулятивные и бронебойные.
«Противник стал брать с нас пример – также наваривает на танк дополнительные листы. В таком случае мы сначала бьём осколочным, чтобы всё отлетело, и уже потом кумулятивным, чтобы поразить его», – объясняет он.
Командир танка указывает цель и координаты, а «Локомотив» точно отрабатывает, обеспечивая поражение противника.
Боевая машина неоднократно доказывала эффективность в бою. Экипаж, состоящий из опытных и преданных делу военнослужащих, продолжает уверенно выполнять боевые задачи, несмотря на все сложности.
Пехота получает поддержку, а укреплённые позиции противника уничтожаются. Танкисты продолжают идти вперёд, приближая долгожданную победу.

http://redstar.ru/stalnaya-bronya-podkr ... noj-volej/

[Ким]

– С ЗОПов (закрытых огневых позиций. – Авт.) работаем ежедневно и очень эффективно. Разлёт минимальный: даже при стрельбе на 10–12 километров снаряд летит туда, куда надо. Рекордная дальность до цели, подтверждённая средствами объективного контроля, – опорный пункт ВСУ на удалении в 12 500 метров. После пристрелочного выстрела и последующей корректировки с БпЛА цель была поражена, – делится «Влас», присев на пушку своей грозной боевой машины.
Военнослужащий заметил, что вести огонь прямой наводкой в нынешних боевых реалиях приходится реже, но порой требуется выполнять и такие задачи, ведь нужно помогать ребятам при штурмах укрепрайонов бандеровцев. Предыдущий раз экипаж «Власа» выполнял подобную стрельбу при атаке на укреплённые позиции ВСУ.
– Необходимо было взять лесополосу. Наш танк шёл в авангарде, за нами шли БМП и багги с десантом. Предстояло пересечь два заминированных участка, поэтому мы заблаговременно установили на свою машину минный трал, с помощью которого удалось успешно проделать проход в инженерных заграждениях противника. Несмотря на плотный огонь со стороны неприятеля, мы отработали по их пулемётным точкам и уничтожили расчёт автоматического гранатомёта на станке, тем самым дали возможность спешиться штурмовикам, подойти вплотную к траншеям украинских боевиков и приступить к их зачистке. Укрепрайон был взят. За выполнение этой непростой задачи наш экипаж был награждён медалью «За отвагу», – приводит пример работы прямой наводкой танкист.
Родом он из Москвы. Вчерашний предприниматель в сфере грузоперевозок стал в строй после объявления частичной мобилизации. Увлечение техникой и работа в автосервисе до открытия своего дела помогли ему в освоении военной специальности танкиста.
Дома его ждёт любящая семья, которая поддерживает и гордится своим защитником. Пока «Влас» выполняет боевые задачи на передовой и возвращает наши исконные земли, государство поддерживает его родных различными льготами: одна из дочерей бесплатно ходит в футбольную секцию, другая – в художественную школу. А ещё его дети ездят на различные экскурсии и посещают мероприятия, а также питаются в школе за счёт бюджетных средств.
На передовой у командира танка появились другие близкие люди, которым он готов доверить свою жизнь, – экипаж Т-72Б3М.
– Наводчик-оператор с позывным «Пирог» и механик-водитель «Макар», – отличные ребята, профессионалы. Работа в боевой обстановке сплотила нас по-настоящему. Сейчас мы понимаем друг друга с полуслова, а то и вовсе без слов, да и настрой боевой – победа однозначно за нами, – заверяет военнослужащий.
В завершение разговора «Влас» добавил, что подготовленный танковый экипаж превращает боевую машину в своего рода «большую снайперскую винтовку».
Окончив беседу с командиром танка, прошу офицера с позывным «Вект» разъяснить задачу предрассветного выезда.
– Ребята работали по опорному пункту ВСУ. Для поражения назначенной цели понадобилось три выстрела. Первый – пристрелочный. Второй разрыв отклонился от необходимой точки несколько левее. Дополнительная корректировка позволила с помощью третьего снаряда выполнить поставленную задачу, – объясняет командир танковой роты.

http://redstar.ru/125-millimetrovyj-kly ... orone-vsu/

[Ким]

Танк Т-80, «восьмидесятку», с привычной для этих мест доработкой бойцы прозвали «ёжиком». Стальные тросы, толстая проволока, скрученные «букеты» из прутьев – всё это, закреплённое и приваренное к броне, выдерживает ударную силу вражеских дронов. Разбиваясь о толстую проволоку, те не наносят ощутимого вреда танку.
Утром, когда стоит невысокий туман, «восьмидесятка» выкатывается на позицию, и всё вокруг кажется чуть ближе – лесополоса, тонкая нитка дороги, двойной контур линии электропередачи на горизонте. «Зевс» проверяет связь с расчётами БпЛА. «Тихий» прогоняет перед глазами таблицу поправок, на ощупь проверяет рычажок стабилизатора, привыкает к отдаче, гулу, тем вибрациям, которые танк отдаёт прямо в грудную клетку. «Манул» работает с тумблерами, газует плавно, без рывков, будто разговаривает с машиной через педали.
На карте – несколько домов, сад, два сарая, ровная полоска огорода, укутанная в осеннюю пыль. Но на деле – крепкий узел обороны противника. Перекрёсток накатанных грунтовок, укрытые огневые точки у крайних строений, наблюдатели на чердаках и дежурный «птичник» врага – площадка для взлёта и посадки квадрокоптеров в ближней посадке. Экипаж «восьмидесятки» получает задачу подавить огневые точки ВСУ, дать возможность подойти штурмовым группам, а затем работать по запросу.
«Манул» ведёт танк по низине. «Тихий», не отрываясь, смотрит в прицел: справа в пятистах метрах мелькнуло окно. Деревяшка, говорит он. Значит, неукреплённая позиция, но заслон может быть. По радиосвязи запрашивают у разведчиков, что они видят с неба. Получают ответ, что около подвала ящики от боеприпасов, – значит, либо склад, либо подвал, переделанный под блиндаж.
Пулемётная точка противника начинает работать из-под шиферного навеса у крайнего дома. При штурме пехота залегла – противник выбрал ударную позицию, выигрывает время. Сейчас по нашим парням начнут работать дроны. Бить по неподвижной мишени гораздо легче.
«Зевс» не затягивает. «Тихий» ловит перекрестье, «Манул» подаёт корпус вперёд на полметра, и в этот момент над башней с характерным визгом просвистывает первая «мушка» – FPV, не успевший взять угол. Дрон цепляет проволочный «букет», срывает с него пару «иголок» и взрывается. Экипаж даже не комментирует. Выстрел! Навес складывается как картон. Пулемёт замолкает, штурмовики идут вперёд.
Пехота перемещается по канаве к высоким камышам: там есть где укрыться. Связывается с танкистами, чтобы прикрывали сектор. Командир «восьмидесятки» понимает: можно продвинуться вперёд ещё на тридцать метров. «Манул» мягко выдыхает, включает пониженную. Танк катится, как тяжёлая лодка. В этот момент слышно несколько тонких писков с разных направлений – три FPV. Один удар – в «букет» слева, второй – по корме, третий – в лобовую часть башни, по верхнему сектору. Спасают недавно наваренные колючие «иглы», удар гасится. Звон в ушах, лёгкая потеря ориентации у экипажа, но приборы живы, стабилизатор держит.
По итогу четырёхчасового боя противник выбит из хутора. У танкистов свой счёт: склад, навес у крайнего дома, капонир в саду, наблюдатель на мансарде, пулемётчик, который работал с чердака сарая. Штурмовики доходят до огородов, и танк на минуту останавливается, чтобы не переступить их линию.

Смысл защиты из «игл» на корпусе танка прост: крупные «букеты» из тросов и прутьев создают перед бронёй непробиваемый слой


Севернее хутора на краю посадки, по данным разведки, в замаскированном блиндаже работает расчёт операторов БпЛА противника. Место неудобное, закрытое, с хорошей маскировкой. Прямая видимость отсутствует – скаты, перелески, просадки дороги. Задача – достать навесом, с корректировкой. Танк ретируется на запасную позицию, где складка местности даёт угол, позволяющий сработать по траектории, близкой к навесной. Связь с расчётом БпЛА над целью стабильная. «Зевс» и «Тихий» уточняют дальность – девять километров, скромная по меркам пушек, но прямой наводкой Т-80 не достанет. Нужно бить навесом.
– Чуть ниже, на четверть корпуса, – диктует поправки корректировщик. – Правее на полкорпуса. Есть всплеск! Недолёт метров на сорок. Дальше.
«Тихий» подаёт угол, «Манул» удерживает танк в статике почти не дыша. Второй выстрел – разрыв рядом. Третий – в укрытие. На экране у корректировщика видно, как с края посадки, где под сеткой прятались аккумуляторы и передатчики неонацистов, поднимается светло-серый гриб. Оптика БпЛА ловит боевиков, выскакивающих из проёма, как муравьи. Часть успевает отползти, часть остаётся на месте. Через минуту повторный выстрел – добор по развалинам, где целый фрагмент стены ещё держится на углу.
К полудню противник раскачивается. В воздухе начинают появляться FPV и квадрокоптеры с разгрузкой: по одному, по два, иногда по пять разом. Они идут по низкой дуге, резко пикируют, пытаются проскользнуть между «иголками», ударить по уязвимым местам – надгусеничным полкам, корме моторного отсека, люку мехвода.
Первый час плотной атаки приносит больше десятка попаданий с мини-зарядами – раздаются характерные хлопки с шапкой искр и рассыпающейся пластиковой окалиной. Несколько ударов идут один за другим: по корме, по стыкам брони, по домикам приборов наблюдения. Искорёженные прутья торчат в разные стороны, но танк идёт, двигатель держит ровный гул, башня продолжает крутиться без рывка. Пехота за этот час продвигается по дворам.
После трёх десятков попаданий сбоку к Т-80 прилетает «толстяк» – FPV с большей начинкой. Он цепляется за правый «букет», но удар получается скользящий. Часть энергии уходит в прутья, часть разносит внешнюю навеску. Внутри на секунду гаснут приборы – генератор берёт паузу, но через мгновение всё возвращается: стабилизатор жив, связь на месте.
К тридцать пятому удару экипаж перестаёт чувствовать время. К танку подлетает очередной вражеский дрон, который окажется последним. Он заходит сверху на форсажном пикировании – оператор противника явно ждал возможности скрестить траектории и поймать танк, когда тот на секунду задержался на небольшой возвышенности. Раздаётся резкий звонкий удар – не такой, как прежде, с другим, хрустящим восприятием. Уходит привод поворота башни, встаёт гидравлика. Машина ещё держится, но очевидно: манёвренность ограничена, продолжать работу – риск, да ещё дым изнутри повалил. Командир принимает решение отходить на ремонт. Танку дают прикрытие дымом. Машина уходит неспешно, с достоинством. Ещё несколько FPV-дронов пробуют догнать, но опаздывают: те, что не разбились об «иголки», уходят в землю позади гусениц.
Смысл защиты из «игл» на корпусе танка прост: крупные «букеты» из тросов и прутьев создают перед бронёй непробиваемый слой, который ловит мелкие дроны противника. И всё же решение не превращает танк в неприступную крепость. Спасает ещё дисциплина и смекалка. «Зевс» придерживается тактики мелких ходов, когда Т-80 не стоит в одной точке, а постоянно перемещается. Секрет «Тихого» – прицеливание на коротком вдохе, у «Манула» – мягкое управление скоростью и поворотами. Эти мелочи делают танк живым.
После ремонта «восьмидесятка» вернулась в строй. Башня вновь стала послушной, привод – равномерным, датчики – отзывчивыми. Защиту «ёжика» нарастили плотно, но без фанатизма, – главное, чтобы не мешала обзору и не превращала машину в неподвижную статую. Впереди – новые задачи.

http://redstar.ru/bronirovannye-ezhi-na ... -oblastej/

ЕМНИП как-то считали - 19 т весит полный "Ёжик".

Т-80БВМ - 48 + 19 = 67 т. 1250/67=18,7 л.с./т
Т-80БВ - 45 + 19 = 65 т. 1100/65=16,9 л.с./т

Напомню.
Т-72Б - 840/44,5=18,9 л.с./т и максимальная скорость 60 км/ч.
И на них же тоже "Ёжик" крепят...

А еще КМТ в несколько тонн толкать надо.
Мда.

В общем ходовой намного не хватает.
Тем более, наверно, еще 30 км надо ехать до ЛБС (трал скорее всего отдельно едет всё-таки)...

[Ким]